http://annaleven.com Articles, interviews, writes ups en Wed, 13 May 2026 00:04:22 +0300 http://annaleven.com/blog/tpost/vbyr81et51-intervyu-s-hudozhnikom-ilyoi-bliznetsom http://annaleven.com/blog/tpost/vbyr81et51-intervyu-s-hudozhnikom-ilyoi-bliznetsom?amp=true Wed, 08 Apr 2026 13:50:00 +0300 ARTICLES Поговорила с художником Ильёй Близнецом, они с Дашей Растуниной открыли первую в Иваново artist-run выставочную площадку на базе своих студий.

Интервью с художником Ильёй Близнецом

А: Кратко представься.

И: Меня зовут Илья Близнец, я художник. Ранее работал с традиционной живописью, но в последние годы всё больше исследую цифровую среду.

А: Как ты пришел к цифровому искусству?

И: Я оказался в NFT в 2022 году. Тогда я и начал больше создавать на компьютере и всё больше погружался в цифровую практику, но уверенно начал чувствовать себя только два года назад. А свои первые эксперименты я начал в 2018 году, в Photoshop.

А: Как я понимаю, ты по образованию/призванию живописец и исследуешь цифровую живопись. Расскажи мне про твой подход, чем цифровая живопись отличается от обычной?

И: Да, у меня живописный бэкграунд, поэтому мой подход к цифре во многом вырос из этого опыта. Цифровая живопись более гибкая. Можно возвращаться к предыдущим этапам, пробовать разные решения, менять композицию, цвет или форму без риска испортить работу. В традиционной живописи многие решения более окончательные, а в цифровой среде процесс остаётся более открытым. Я самоучка, у меня нет художественной школы, и на этом я часто спотыкался, так как где-то не хватало знаний и навыков. Цифровая среда даёт мне возможность быть более универсальным.

А: Почему ты решил в цифровой среде продолжить с живописью? Это же не самое очевидное решение.

И: В 2019–2020 годах у меня был период экспериментов: я пробовал разные медиумы, создавал объекты, работал с графикой. Но со временем у меня появилось ощущение, что я начинаю распыляться, и захотелось сосредоточиться на чем-то одном. В итоге я выбрал живопись.

Работа с живописью в цифровом формате показалась мне чем-то новым и свежим. Думаю, что цифра в каком-то смысле стала логическим расширением моей практики. Это позволило продолжить живописные исследования, но уже с другими инструментами и возможностями — и через это попробовать нащупать новые решения.

Потом уже в процессе я начал приходить к мысли, что мне как художнику интересно показать, как может выглядеть фигуративная живопись, созданная на компьютере. То есть для меня это стало своего рода исследованием: может ли цифровая среда сохранять ощущение живописи и как при этом меняется сам язык изображения. Я начал воспринимать компьютер не просто как технический инструмент, а как ещё одну среду, в которой живопись может существовать и развиваться.

Думаю, что только недавно я начал понимать, что значит «мыслить экраном». Раньше я старался скрывать «несовершенства» в своих изображениях — низкое разрешение или другие аспекты. Мне это казалось непрофессиональным.

Теперь я понимаю, что всё это может быть частью состояния цифровой среды — и в этом как раз и есть суть. Для меня это уже совершенно другие уровни восприятия цифрового искусства.

А: Как ты используешь ИИ — расскажи немного про твой процесс.

И: ИИ я использую как вспомогательный инструмент. Иногда он помогает найти неожиданные визуальные варианты или начальную форму для работы. Но дальше я всегда дорабатываю изображение сам — меняю композицию, цвет, текстуру. В итоге для меня важно, чтобы работа оставалась результатом моего художественного решения, а не просто генерацией.

А: Какие основные темы ты исследуешь в своем творчестве?

И: Основа моих исследований — человек с его уязвимостями и внутренним хаосом, который я стараюсь упорядочить. Мне очень близки темы психоанализа, самонаблюдения и рефлексии.


]]> http://annaleven.com/blog/tpost/imvkgp4971-intervyu-s-dashei-rastuninoi http://annaleven.com/blog/tpost/imvkgp4971-intervyu-s-dashei-rastuninoi?amp=true Sun, 11 Dec 2022 14:50:00 +0300 ARTICLES Обещала взять интервью у Даши Растуниной? Обещала поговорить про цифровую живопись? Держите, отличное интервью получилось

Интервью с Дашей Растуниной

Д: Меня зовут Дарья Растунина, я родилась в городе Иваново, жила какое то время в Санкт-Петербурге, сейчас вернулась домой. Я достаточно активно занимаюсь развитием художественной среды в городе, и совсем недавно мы с Ильёй Близнецом открыли первый в Иваново artist-run-space на базе наших мастерских. В этом году планируем провести там несколько соло и дуо проектов местных художников. У меня есть классическое художественное образование и так же образование в современном искусстве, я училась в институте современного искусства БАЗА. Я делаю как цифровые, так и физические работы, и в целом, соединяю в своей практике две эти формы искусства.

А: Как ты пришла к цифровому искусству?

Д: В 2021 году перед самым НГ я была в мастерской. Вдруг ко мне залетает Илья с криком: «Я продал нфт»  ! У меня к этому времени уже были цифровые работы, в основном абстрактные глитчи, которые я создавала из своих физических работ. Тогда я много экспериментировала с цифровым пространством, когда появился первый Dall-e, мне очень нравилась его неидеальность, и я часто применяла его в работе. Ещё мне очень нравились баги, которые получались в Dall-e 2 — он был очень живописным. После крика Ильи я вспомнила, что у меня есть Твиттер, там и начался путь в нфт.

А: Ты по образованию живописец и при этом исследуешь цифровую живопись. Расскажи мне про твой подход, чем цифровая живопись отличается от обычной. Твои работы очень сильно тяготеют к glitch — расскажи немного про твой процесс.

Д: Да, у меня классическое образование, и в какой то момент мне пришлось ломать собственные границы восприятия и установленные институциями законы. Но исследуя живопись, я поняла, что на самом деле живописью может быть все, что угодно. Я отношусь а живописи скорее как к методу создания работы, и думаю, что этот метод можно переложить на любую форму, то есть живопись может выглядеть и как инсталляция, и как цифровое изображение на экране, и как объект и тд. В истории искусства можно увидеть множество подтверждений этой мысли, например, по работам Катарины Гроссе очень легко рассказать, чем может быть живопись.

Так что я стараюсь не разделять классическую живопись от цифровой, так как суть живописи можно проявить где угодно.
На самом деле я не очень помню, как случился переход в цифровую живопись, скорее всего из экспериментов по искажению или разрушению классических методов создания работы. Мне кажется, что базовое желание для художника с образованием — нарушить правило. Наверное отсюда и появился глитч. Ну и сказался сам переход в цифровое пространство, потому что в привычном понимании цифровое часто воспринимается как что-то непрофессиональное, неправильное. В целом переход от аналога к цифре можно описать как некое искажение в пространстве. Все мои работы в цифре и нфт связаны с искажением, деформацией и багами в разном проявлении. В какой-то момент все пришло к единому визуальному языку, но до этого в любом случае все было связано одним смыслом.

В цифровых работах я преследую все те же художественные цели, что и в классической живописи, люблю цвет, текстуры, слежу за композицией, формой и пространством внутри картины.
Если говорить о том, как я их делаю, то я использую несколько инструментов, чаще всего это стейбл [Stable Diffusion] и фотошоп, отдельно могу накладывать какие-то глитчевые эффекты, но чаще всего все происходит в фотошопе. Я часто использую коллажную технику, то есть собираю композицию из разных кусочков и затем все «замешиваю» в живописное полотно. В целом, это тоже достаточно классический живописный прием.

А: Какие основные темы ты исследуешь в своем творчестве?

Д: Меня интересует тема цифровых технологий и их влияние на нашу жизнь, культуру и восприятие окружающего мира. Кроме цифровой живописи, я делаю физическую живопись, объекты и графику. Но все эти вещи так или иначе связаны этой темой. Для меня технологический мир одновременно завораживающий, красочный, но тревожный, и это противоречие частно заложено в моих работах. Вообще я люблю все эти антиутопические истории и фильмы, где ты видишь красивую, чистую сцену, но тебя не покидает чувство, что что-то тут не так, все слишком идеально. И вроде нет причин для тревоги, но ты насторожено ждёшь, когда из-за угла появится монстр или все окажется ненастоящим и тд. Мне кажется, это очень интересное поле для искусства, тут можно задавать вопросы, не давая на них однозначного ответа, тем более в искусстве всегда есть возможность придумывать истории с открытым финалом.]]> http://annaleven.com/blog/tpost/sihh22j3l1-intervyu-s-dont-buy http://annaleven.com/blog/tpost/sihh22j3l1-intervyu-s-dont-buy?amp=true Mon, 27 Apr 2026 14:15:00 +0300 ARTICLES Поговорила с анонимным цифровым художником don’t buy.

Интервью с don’t buy

А: Представьтесь, пожалуйста. Кто такой don’t buy? Как вы сами определяете свою практику?

D: Привет, я don’t buy. Я ИИ- и NFT-художник. Создаю цифровое искусство — это микс ИИ и покадровой анимации, сочетание приёмов из прошлого и будущего, где я как человек отвечаю за прошлое, а ИИ как технология — за будущее.

A: Ваш псевдоним — don’t buy — звучит как жест отказа или сопротивления. Есть ли в нём критика потребления и капитализма, или это более открытая форма?

D: Я занимаюсь искусством почти 10 лет, а ИИ и NFT — около 3 лет. Изначально я не был фанатом NFT и смотрел на это скорее как на инструмент коммерциализации.

Сначала мой псевдоним был buy (купи), но работы почти не покупали. Потом я добавил don’t — и именно после этого начал привлекать коллекционеров. С этого момента для моего искусства начался своего рода рассвет.

A: Расскажите о своём бэкграунде. Как вы пришли к цифровому искусству и что на вас повлияло в начале?

D: Я начинал в небольшом арт-коллективе, мы занимались живописью. К цифровому искусству пришёл довольно спонтанно после выставки в резиденции «Сфера» в Москве.

Со временем полностью ушёл в цифру — просто потому что это удобнее. Мне не нужна мастерская, материалы, я могу работать каждый день. В эпоху бесконечного контента я стараюсь держаться в общем ритме. Плюс это хорошо ложится на мой подход: я ставлю себе художественные задачи и стараюсь быстро их решать.

A: Ваша визуальная эстетика отсылает к раннему интернету. Как она сформировалась? Это ностальгия или попытка переосмыслить тот период?

D: Первый компьютер с интернетом у меня появился лет в 8 — обычный системник с квадратным монитором и Windows XP. Я никогда не забуду, как устанавливал игры с дисков, эти интерфейсы, глюки, зависания.

Я, наверное, ностальгирую, хотя не люблю саму ностальгию — люблю именно те ощущения. Для меня это время свободы: когда перед ребёнком открывается огромный мир без школы, оценок и скучных будней.

A: Какую роль в вашей практике играет искусственный интеллект? Это инструмент, соавтор или что-то другое?

D: Мой базовый набор — ChatGPT и Krea. Я довольно обычный пользователь ИИ, редко использую что-то ещё. Иногда за 1–2 дня генерирую визуал, с которым потом работаю месяцами.
В целом ИИ занимает около 10% процесса — основное время уходит на покадровую анимацию. В этом смысле ИИ для меня — инструмент.

Но с ChatGPT другая история. Даже это интервью он сейчас редактирует. Для меня он скорее как куратор: помогает придумывать идеи, дорабатывать их, пишет тексты, иногда помогает даже в бытовых вещах — недавно, например, разбирались с ЖКХ. Такой хороший друг.

A: Что вас привлекает в глитче и ошибках? Это визуальный язык или способ говорить о системах?

D: Это часть эстетики. Однажды я сказал: когда машина ошибается, она становится немного человечнее. До сих пор не могу сформулировать точнее.

Я воспринимаю ошибки как попытку компьютера стать осознаннее. Алгоритм не должен ошибаться, а человек — постоянно. По сути, вся наша история построена на ошибках.

A: Ваша практика затрагивает тему идентичности и обезличивания. Как вы это рассматриваете в цифровом контексте?

D: Да, это одна из моих любимых тем. В цифровой среде идентичность для меня — это не что-то цельное, а скорее набор масок и интерфейсов. Мы постоянно пересобираем себя: в соцсетях, в работах, в диалогах.

Обезличивание здесь не исчезновение, а наоборот — способ стать множественным. Ты как будто теряешь фиксированную форму, но приобретаешь свободу быть разным.
В каком-то смысле мои работы — это попытка показать человека как систему из фрагментов, где нет окончательной версии себя.

A: Насколько для вас важен формат показа — экран, инсталляция, онлайн-платформа?

D: Сейчас это почти не важно. Я просто хочу делать искусство и продавать его — для меня это работа.

Я участвую в выставках, но по моим ощущениям это пока не сильно влияет на карьеру. И если честно, я ни разу не видел свои работы вживую — только на экране ноутбука.

A: На кого из молодых художников вы бы рекомендовали обратить внимание?

D: pupapepa — сын петербургского фотографа Никиты Петрова.]]>